На Могилевщине сельхозпредприятия делают ставку на озимый ячмень, совсем как в 1980-х

Почему это не поможет повысить урожайность в регионе – разбираемся. 

В конце октября комитет по сельскому хозяйству и продовольствию Могилевского облисполкома объявил, что в области завершен сев озимых культур урожая 2023 года. При этом, Краснопольский район первым в области не только посеял озимые, но и стал единственным районом, который аж на 7 % перевыполнил первоначально запланированную площадь сева. Важный нюанс – оптимальные сроки сева озимых для Могилевской области колеблются в границах 20-27 сентября.

Для неспециалистов победные реляции в государственных СМИ об увеличении сева озимого ячменя могут показаться позитивными новостями. Для специалистов же это – неприятное наблюдение, которое во-многом объясняет будущие “успехи” могилевских хлеборобов. Тех самых, кто пока весьма рад урожайности около 30 ц/га. Можно предположить, что в районах, получивших менее 20 ц/га, наличествуют хозяйства с урожайностью менее 10 ц/га. Особенно это касается Глусского района, где в этом году получили всего лишь 14,8 ц/га. Но это так, к слову.

Обратим внимание на один ракурс в сфере зерноводства области (да и в целом по республике) – это пиетет по отношению к озимому ячменю, особенно возросший после придания данной культуре первостепенного значения главой правящего режима. Чуть ли не голову сломили перед Минском, докладывая о революционном продвижении посевов озимого ячменя по полям Могилевщины. В этом году этой культурой засеяно аж в 5 (!) раз больше площадей, чем в прошлом году. В течение уборочной страды хвала ячменю достигла потолка на фоне сообщений об урожайности 50 ц/га. Многие репортажи с полей начинались именно с успехов во взращивании оного.  Что ж, в определенной степени, забытый с 1980-х годов озимый ячмень на полях области должен был занять свое место, как и в рационе животных.

 

Сельхозпредприятия идут ва-банк

Но не будет забывать о ячменных нюансах. Во-первых, посевы озимого ячменя весьма чувствительны к сильным морозам и в отдельные годы полностью вымерзают. Это значит, что если хозяйства поставят все на кон, засеяв пригодные площади именно этой культурой, то они рискуют остаться без урожая в случае неблагоприятной зимы.

Из этого следует во-вторых. Если относиться по-хозяйски, то посевы озимого ячменя не должны занимать более 10 % от общего озимого клина. В Могилевской области это 12,5 % – невесть какое  превышение, но лучше так все же не рисковать.  

 

Когда обманываться рад

И в-третьих. Дифирамбы высокой урожайности озимого ячменя – пыль в глаза вышестоящему руководству. Они призваны еще и подтвердить гениальность главы вертикали в определении стратегии развития сельского хозяйства. 

Специалист же обратит внимание на следующем. Озимый ячмень имеет более  короткий вегетационный период по сравнению с озимой рожью, тритикале и озимой пшеницей. Короткий вегетационный период – это значит, что зерна вырастет меньше, чем у других озимых культур, с более длинным вегетационным периодом. А это значит, что сформировать больший урожай у данной культуры просто нет биологической “возможности”. Озимый ячмень выручает сельхозпредприятия, когда еще не созрели другие культуры. Благодаря ему есть возможность “откатать” технику, запустить уборочный цикл, обеспечить раннее поступление зерна в хозяйство. Но не увеличить среднюю урожайность радикально.

Заваливая стол начальства рапортами о высокой урожайности, агрочиновники могут сформировать мнимое представление о будущем увеличении производства зерна в Беларуси. А зачем это нужно? Ради сиюминутной похвалы, повышения по службе, снятия подозрений в бесхозяйственности. 

Ажиотаж вокруг озимого ячменя в этом году напоминает про похожие прожекты совсем недавнего времени. Помните, как животноводы взялись в свое время за мраморное мясо, овощеводы за арбузы? Сегодня садоводы примеряются уже к возможности выращивания персиков, а инженеры во всю рекламируют возможности мехотрядов. 

Что завтра нам готовит этот поиск трудный!? Не дай бог очередной волюнтаристский зигзаг во благо Родины.

Почему животноводство региона в упадке, хотя оно дает наибольший доход хозяйствам?

Наш безрадостный социально-экономический анализ.

Животноводство приносит самый высокий доход сельхозпредприятиям, но серьезные проблемы с сохранностью стада сводят на “нет” перспективы большинства из них, а работу мясокомбинатов и вовсе перевели в состояние “голодного” режима, когда предприятие работает не в полную мощность, простаивает. 

Ситуация с непроизводственным выбытием животных и падежом, например, крупного рогатого скота напрямую влияет на численность поголовья, заполнение скотомест на молочно-товарных фермах, объемы производства молока и мяса. И, шутки в сторону – связана с продовольственной безопасностью государства.

Мониторинг ситуации с сохранностью стада на протяжении последних лет говорит о системности явления непроизводственного выбытия животных  в Могилевской области. Кстати, глава существующего режима не в первый раз заостряет внимание на данном вопросе и грозится принять меры. Но как ты их примешь, если падеж скота и его прирезка приняли тотальный характер. 

 

Падёж – только на госпредприятиях

На 1 сентября текущего года поголовье крупного рогатого скота в Могилевской области снизилось на 3 % на фоне роста падежа к соответствующему периоду предыдущего года на 10,5 %. Рост падежа допущен в 10 из 21 районов области. Особенно неистовствуют в данном плане Белыничский (173,4 %), Глусский (167,3), Климовичский (163,3 %), Круглянский (171,8), Осиповичский (250,6), Славгородский (198,8 %), Хотимский (137) и другие районы области.

При этом, внешние признаки и причины падежа характерны только для госпредприятий: авитаминоз, недостаток кормления, истощение, переохлаждение, травмирование, нахождение в сырых помещениях. Кто-нибудь может себе представить, что эти причины и признаки могут быть выявлены у фермеров или у владельцев домашних хозяйств!? Вот вам и рецепт для оздоровления сельского хозяйства и наращивания объемов производства.

 

Не боятся руководители угроз…

Местные специалисты разрабатывают мероприятия по преодолению сложившегося негатива, но как показывает мониторинг, эти мероприятия лишь дублируют требования ветсанправил и техрегламентов, а не направлены на устранение причин и условий нарушений. То бишь, все формально и безрезультативно.

Беда еще и в том, что проблемы с сохранностью стада, как правило, у экономически слабых хозяйств. Прослеживается явный недостаток средств для исправления ситуации. 

КГК и УДФР возбудили 48 уголовных дел за первые 8 месяцев 2022 года в Могилевской области, но это вряд ли поможет – не боятся руководители угроз, как и быстро сменяющиеся председатели райисполкомов в регионе. 

Похоже, сдался и глава вертикали: если раньше он пугал разными карательными мерами, сегодня же перешел на констатацию фактов. На июльском совещании он заметил, что “…если на каком сельхозпредприятии высокий падёж, то это и кормление, и содержание. Если они не могут сохранить молодняк, я вам говорил: немедленно изъять и передать молодняк тем, кто может содержать”. И никаких расстрелов…

 

Барханы могилевской экономики – в каком состоянии производство мяса в регионе

В Шкловском районе власти могут пойти на очередную авантюру. 

Могилевская область – единственная в республике дала прибавку в производстве скота и птицы (104,9 %) за 9 месяцев текущего года. Фактически провалили “мясо” Гомельская (87,1 % к соответствующему уровню предыдущего года), Гродненская (90,1 %) и Витебская области (95,5 %). В целом же недобор по мясу в республике составил более 48 тысяч тонн или 3,7 % к прошлогоднему показателю. В целом “сминусовали” по мясным делам 74 (62 %) района в стране.  Кстати, в Могилевской области хуже сработавших районов также 62 %.

Среди проблемных по производству мяса – Белыничский, Быховский, Дрибинский, Кричевский, Круглянский, Климовичский, Хотимский и Чаусский районы. Перечислены в данном случае районы, провалившие все производственные показатели в отрасли животноводства, включая и молочные дела. 

Парадоксально, на фоне вроде благополучного состояния в производстве мяса, мы наблюдаем параллельно снижение среднесуточных привесов крупно-рогатого скота на 30 граммов, свиней – на 82 грамма. Само собой, среди могилевских районов нашлись своеобразные “уникумы” по производству мясной продукции. Чаусский и Осиповичский  районы произвели только 53 % к уровню предыдущего года.  Хотимский – 72.7 %, Климовичский – 75,4 %. Шкловский район снизил привесы на свиньях на 303 грамма, Осиповичский на 209, Глусский на 163 и Климовичский – на 149 граммов. 

Есть и положительные примеры – Бобруйский район “добавил” 31 грамм при среднесуточном в 726 граммов, Белыничский снизил на 53 грамма, но привес в 682 грамма заслуживает похвалы. в целом же пусть не удивляет ситуация, когда наибольший прирост к уровню предыдущего года на фоне республики сформирован при самых низких привесах на крупно-рогатом скоте.

 

Как говорится – приехали

Это, скорее, говорит о низком уровне производства в целом по области. Но на что хотелось бы обратить внимание, так это на взаимосвязь производства мяса и его переработки. С одной стороны, на совместном заседании коллегий прокуратуры Могилевской области и Комитета госконтроля  констатировалась низкая загрузка мясокомбинатов области и делался акцент на значительные объемы экспорта мясной продукции с низкой глубиной переработки (туши и полутуши).  

С другой, имеется инсайдерская информация о возможном строительстве в Шклове мясоперерабатывающего предприятия. Приехали, как говорится. Во-первых, где брать продукцию для эффективной деятельности будущей переработки, а, во-вторых, на территории Шкловского района уже имеется мясокомбинат в ОАО “Александрийское”! И ведь чиновники могут дать добро на очередную авантюру в перерабатывающей отрасли.

А лучше бы занялись производством мяса. На заседании вышеозначенной коллегии обращено внимание на дефицит кадров в животноводстве, на приписки – с начала года в области возбуждено 50 уголовных дел только за сокрытие падежа скота. Заявили также о нарушениях в кормлении и содержании скота (ОАО “Маслаки” и ОАО “Племзавод “Ленино” Горецкого, СПК “Гигант” и “Пищевик- Агро” Бобруйского районов и т.п.). 

Все выступающие на коллегии отметили кадровую проблему, как главную причину нарушений и недостатков. Впрочем, глубже копать не стали, а то ведь можно выйти на самих себя, как фактор нестабильности в сельском хозяйстве области.

(продолжение следует)

Барханы могилевской экономики – продолжение

Могилевская область показывает самые плохие показатели по развитию сельского хозяйства. И перспективы все хуже.

Аграрии Могилевской области еще помнят, как 3 года тому новоиспеченный губернатор Леонид Заяц пытался обозначить рубежи грядущих успехов под его чутким руководством. Само собой, что расчеты ему подсовывали местные чиновники, но и самому следовало бы думать о реальном наполнении проектов. Сначала его подставили  с Днем Льноволокна – при весьма хилых показателях в льноводстве на фоне республики в Могилеве закатили невиданный праздник в честь мнимых успехов. Потом невесть откуда взялась цифра в 5 000 кг надоя на 1 корову за год при весьма сомнительной кормовой базе – иногда колхозники шутят со статистикой, а высокое начальство принимает их “показатели” за чистую монету.

 

Регион, худший по стране

По итогам работы за 9 месяцев 2022 года животноводы Могилевской области надоили на 1 корову в среднем 3090 кг (- 95 к уровню предыдущего года). Так что вряд ли по итогам текущего года будет надоено 4 000 кг, сегодня область ежедневно “минусует” по 0,3 кг на 1 корову, а по валу минус достигает уже 4 %. Да и надоила область меньше других территорий, в том числе и Витебской области, с которой идет негласное “соревнование” за последнее место в республике по большинству показателей в сельском хозяйстве.

Кстати, в первой сотне районов (а всего их 118 в Беларуси) могилевских производителей-районов только 10 – или 48 %. А вот среди 18 районов-аутсайдеров приоритет за могилевскими бедолагами – 11 районов – такого провала история современного белорусского сельского хозяйства припомнить не может. Самый передовой район, Кировский, с 14 места к концу года скатился на 20-е, “сминусовав” 62 кг на 1 корову к уровню предыдущего года. Рекордсменом же по “минусу” в республике является Климовичский район (- 871 кг), занимающий 115 место в стране. Последнее место также за могилевскими животноводами – в Чаусском районе надоили на 1 корову 1 388 кг (козы столько дают), надой снизили на 295 кг, а валовое производство молока – на 21,4 %. 

Провальным 2022 год оказался для Белыничского (- 236 кг), Осиповичского (- 538 кг), Круглянского (- 221), Дрибинского (- 155), Быховского (- 140), Костюковичского (- 276), Хотимского (- 415) районов. В целом по республике “сминусовали” по надою молока на 1 голову 41 % районов, а в Могилевской области – 71 %.

Некоторое время назад могилевское руководство озаботилось гендерными проблемами в сельском хозяйстве среди руководящих кадров. Напомним, что в Беларуси 53 % начальства – женщины, так что в данной ситуации причина несколько в иной плоскости. Сменили руководителей в Дрибинском и Костюковичском, недавно и в Белыничском районах. Увы, дело не в трудоспособности, настойчивости и грамотности дам – председателей райисполкомов. Вышеозначенные районы как “минусовали” молоко, так и продолжают идти по скользкой дорожке малоэффективного руководства территориями.

Молоко держится на трех столпах: кормление, осеменение и уход за животными. Впрочем, факторов успешного ведения животноводства намного больше и об этом могли бы поведать в Гродненском (надой 6 999 кг), Несвижском (6 612), Смолевичском (6 456) и других районах республики, реально выходящих на 8000-9000 надоя молока на 1 корову за год. 

 

Кадровая пустыня

Но о каком надое можно говорить, если в Могилевской области эксплуатация коровы в среднем на уровне 3,5 лет, если падеж и вынужденная прирезка бьют все неприличные рекорды. Если даже в Шкловском районе летом в большинстве хозяйств не была организована круглосуточная пастьба, а в некоторых хозяйствах перешли на круглогодичное стойловое содержание. А с ветврачами посоветовались? 

А причина этих новшеств элементарная – сегодня во многих хозяйствах не найти пастухов. Пришлось почитать договор в одном хозяйстве с неплохим пастухом, но единожды попавшимся в нетрезвом виде. Пить на работе нехорошо, но и лишать доплат-премий за весь период тоже неправильно. Вот и отсутствует сегодня выпас в этом хозяйстве – разумные экономисты-юристы ликвидировали важнейшую технологическую составляющую здоровья животных и перспективы надоев. Резкое снижение производства молока в Могилевской области стало результатом бездеятельности работников облисполкома, местных исполкомов и, извините, недальновидных руководителей.

Работники бегут в иные отрасли, кадровая пустыня сегодня характерна для половины территории Чаусского района, не лучше ситуация в Хотимском, Климовичском, Костюковичском районах. Впрочем, ситуация в разной степени влияния характерна для всей области. Что может спасти ситуацию? 

В первую очередь, разберитесь с проблемами фермерских хозяйств и убедитесь в эффективности их работы, в бережном отношении к кадрам, в воспитательной составляющей их работы (там тоже пьющие работают). Нужно немедленно переводить сельское хозяйство области на частные рельсы хозяйствования, применять современные технологии, в том числе (а может и в первую очередь) ЭМ-технологии (ЭМ – эффективные микроорганизмы). 

Копеечные затраты на препараты и результатом станет почти 100 % выживаемость молодняка, высокая прибавка в производстве мяса и молока.

И давно уже пора понять, что эффективность сельского хозяйства обеспечивается не уровнем снобизма, а грамотным и рациональным отношением к обязанностям. Впрочем, кому мы это все?

(продолжение следует)

Пустыни наступают на плодородные земли сразу нескольких районов области

Барханы могилевской экономики – комментарий специалиста.

По итогам работы Могилевщины за 9 месяцев 2022 года валовый региональный продукт снизился на 2,7 %. Намного хуже уровня предыдущего года сработали промышленность, строительство и торговля. И только производство сельскохозяйственной продукции в области “на коне”, + 4,1 % к соответствующему уровню 2021 года. При этом урожай зерна увеличился на 18,5 %, кормов произвели на 12,5 % больше, кормов из трав на 11,4 %. Тем не менее, по большинству показателей Могилевская область занимает аутсайдерские позиции в стране.

Как мы знаем, по итогам уборочной кампании 2022 года в четырех районах области получили урожайность зерновых менее 20 ц/га. Отметим, что естественное плодородие сельхозугодий позволяет в нашей местности получать по 19 ц/га за счет содержания гумуса и за счет выпадающего в виде осадков 150 кг азота на каждый гектар и питательных веществ от разложения растительных остатков предшественников. Конечно, главенствующую роль играет содержание в почве гумуса, положительную динамику которого определяют вносимые органические удобрения, структура посевов в пользу многолетних трав и минимальная обработка почвы. Так что первейшая задача земледельцев состоит в наращивании плодородия и эффективном его использовании. 

С эффективностью как раз и проблема: почвы с очень низким (менее 1 %) и низким (1.01 – 1,50 %) содержанием гумуса составляют 17 % от посевных площадей, на которых получить приемлемый урожай невозможно. Эти площади рациональнее отдать лесному хозяйству с их возможностями извлечения пользы, пусть и в долгосрочной перспективе. Более того, например в Глусском районе потери гумуса в последние годы составили 0,16 %, в Климовичском и Бобруйском районах – 0,09 %, в Кировском и Осиповичском – 0,06 %. Не потому ли в целом по Могилевской области мы наблюдаем факт деградации почвы?

В буквальном смысле в результате водной и ветровой эрозии пустыня наступает на поля, деревни и города в Хотимском районе на востоке, в Глусском – на западе, Мстиславском – на севере, Быховском в центре области. Затронули процессы опустынивания даже самый “плодородный” район – Круглянский. В Мстиславском районе, например, эродировано более 50 % всех сельхозугодий и 60 % пахотных земель. Конкретно, ветровая эрозия характерна для Глусского, Кличевского, Краснопольского и Хотимского районов.

Причины в большинстве случаев характерны для всего сельского хозяйства республики: сведение лесов (ау, горе-маркетологи), перевыпас скота, интенсивная обработка почвы. Именно из-за этого возникают подвижные пески, на территории области стали часто наблюдаться песчаные бури.

Почему же не обращают внимания соответствующие службы на опасные явления в природе в целом? Во-первых, (не будем ставить акцент на чиновников-временщиков) мало кто обращает внимание на тот факт, что по уровню плодородия Могилевская область не так уж и бедна. Если в целом по республике показатель урожайности составляет в среднем 29,4, то в Могилевской области – 31,8. 

И республиканским органам управления пора бы уже и спросить за низкий уровень производства с горе-управленцев! В первую очередь, с руководства самого “плодородного” района области – Круглянского с показателем 38,1. Район проваливает все что можно и нельзя как в растениеводстве, так и в животноводстве. Внимание прессы и начальства сосредоточено на критике (во всяком случае делается акцент на показатели) районов юго-востока области. При этом не обращая внимания на показатели балльности почвы. А ведь худший по плодородию в области Климовичский район (26), которому “навязали” строительство свиноводческого репродуктора. Чувствуется, что придет время, и этот свиной хомут повесят на кормовую базу района и этим окончательно его добьют. Чуть лучше ситуация в Костюковичском (28,3) и Хотимском (28,6) районах по уровню плодородия, но принципиально данный “разрыв” с Климовичами значения не имеет.

Второе, на что хотелось бы обратить внимание – тяготение к “лакировке” действительности. Возьмем все тот же Климовичский район: на 1 октября 2022 года район намолотил 27 694 тонны зерна или на 1 817 тонн больше уровня 2021 года (“Зямля і людзі” ад 12 кастрычніка 2022 г.). Но уже через 2 недели (“Сельская газета” от 27 октября 2022 г) начальник райсельхозпрода Климовичского райисполкома Артем Свириденко заявил, что в текущем году собрали зерна меньше, чем в прошлом, концентратов не хватает, одна надежда на областные структуры.

Да и что говорить о бедолагах востока Могилевщины, если даже передовой Шкловский район по итогам 9 месяцев не выполнил доведенный прогнозный показатель по валовой продукции в сельхозорганизациях и в хозяйствах всех категорий. Так что не лакировкой нужно заниматься, а реальными делами. Нужно наконец-то разобраться с самой коррупциогенной культурой области – с кукурузой. Где правоохранительные органы? Семена закупаются за валюту, почвообработка, ядохимикаты с валютным налетом на импорт части из них. А потом посевы попадают под заморозки и превращаются в бумагу, а зерно под дожди и становится источником “включения” в рацион скота плесени. 

Только сушка зерна кукурузы сводит в ноль экономическую составляющую возделывания! Но дело даже не в этом – урожайность кукурузы на зеленую массу составляет 232 (!) ц/га, в то время как урожайность многолетних трав, где превалирует клевер – 250 ц/га. Что же это за вредительство такое! Не забудем, что в Беларуси практикуется худший вариант кормления – концентратно-силосный! Кстати, технология возделывания кукурузы такова, что при монокультуре мы вскоре увидим активные барханы в нехарактерных для них районах.

(продолжение следует)

Метастазы ценового абсурда – продолжение

Как относиться к облавам по стране за повышение цен? Мнение экономиста, первая часть здесь.

Прошло только 2 недели с начала “борьбы” с ценами на просторах синеокой, а шороху соответствующие группы активистов наделали уже немало. Изначально претензии предъявлялись частным торговым структурам – даже какого-то замдиректора-камикадзе торговой точки выловили в районе Барановичей, который на второй день после Указа посмел поднять цену на второстепеннозначимый продукт.  Но, то ли в самом деле высокие чиновники неожиданно озаботились благосостоянием нищих белорусов, то ли что-то в большой политике пошло не так – маховик “ценоборчества” продолжает раскручиваться уже и на прилавках госторговли. Значит, “борьба” с ценами принимает затяжной характер, если разум в высших кругах вертикали не возобладает над амбициями одного человека.

Цена – “нерв” экономики. Именно от методов ее формирования богатство страны зависит больше, чем от наличия природных ресурсов. В рыночной экономике цены определяются договором между продавцом и покупателем и определяются спросом и предложением и могут продолжительное время быть “замороженными” в силу разных обстоятельств. 

Есть другой способ, затратный: к себестоимости продукта в цене добавляется прибыль, позволяющая вести расширенное воспроизводство от реализации всего объема товара. Как правило, эта доля превышает 15 % от себестоимости, но конкуренция не “пускает” подъем планки выше 20 %. Так что не так уж сладок хлеб у торгового люда. Особенно, если учесть, что рост цен на товары объективен: нужно поднимать работникам зарплату, чтобы не разбежались, растут цены на сырье, комплектующие, энергетику и прочие услуги. Также в частной торговле случаются наезды налоговой инспекции, пожарных, санстанции, бывают отчисления на разные дурацкие мероприятия. Так что на финише маячит безрадостное существование и банкротство. Вот почему нельзя трогать устоявшуюся систему ценообразования, в том числе и в Беларуси. Но трогают же!

Лично Лукашенко через свои Указы стал активно вмешиваться в ценообразование еще в 1998 и 1999 гг. через ограничение ежемесячных темпов инфляции в 2 % и 5 % соответственно. В странах с рыночной экономикой нет такой необходимости в госконтроле за ценами, кроме контроля цен монополистов (электроэнергия, канализация, водоснабжение и т.д.). 

Если продавец завышает цену, то конкуренты выбросят его с рынка, если начинает занижать с определенными целями, для захвата рынка – скорее всего, разорится. Так что манипуляции с ценообразованием, как и ломание через колено стратегически нанесет вред государству.

Глава действующей вертикали власти, как экономист по образованию, должен понимать, что инфляция в 1-2 % носит стимулирующий характер. Первым, кстати, он же и дал задний ход, заявив, что он не давал команды полностью “заморозить” цены, а всего лишь обуздать их, не давать наживаться нечистоплотным торгашам через завышенную торговую наценку грабить население (как-то так). Согласитесь, звучит весьма благородно. Параллельно через штрафные санкции к частному бизнесу и конкретным работникам госторговли можно поправить ситуацию с бюджетом.

Но вот что удивительно, работа мониторинговых групп высветила 2 момента рациональности в их действиях. Депутаты обратили внимание на завышение цен переработчиками и тлетворное влияние “оптовиков” на бюджеты государственных структур, которым они поставляют продукцию. 

Скажем так, Америку не открыли, но хлеб свой отработали. Впрочем, внимательному аналитику давно бросается в глаза, что в конечной добавленной стоимости товара 20 % приходится на производителя и по 40 % идут переработчикам и торговле (хотя методички МАРТ предполагают иной расклад). В Беларуси производители имеют минимальное влияние на инфляцию, практически, по всем видам товаров. 

А вот с переработкой вопрос и вопрос.  В магазине на прилавке мы видим до 80 видов колбас, хотя в реальности их не более 10 (источник – “Сельская газета” №119 от 13 октября 2022 г.). Изделия отличаются только названием и ценниками, остальное – уловки переработчиков. Попал, например, какой-то вид в контролируемый список, производителю проще изменить название товара, чуть-чуть подправить рецептуру и зарегистрировать по-новому. 

Кстати, в некоторых развитых странах переработка не имеет права получать доход более 20 % от закупочной цены производителя.

Есть и масштабный казус в якобы переработке – дело касается цен на разделку тех же тушек кур и цыплят, которая приводит к резкому подорожанию товара. Это тот редкий случай, когда конкретный вид товара удостаивается чести целого постановления правительства – № 61 от 07.10.2022 “О регулировании цен на мясо кур цыплят-бройлеров в виде частей тушки”. 

Что ж, признаем правоту чиновников правительства, ограничивших надбавку на филе кур 15 процентами. Впрочем, у покупателя всегда есть выбор в покупке целой тушки, а также путем посещения рынка с его демократическими ценами.

Борьба с оптовиками белорусскими чиновниками ведется давно и с определенными успехами. На уровне производства с ними более-менее разобрались через обязательное заключение договоров с прямыми поставщиками. А вот где “протекло”, так это отношения оптовиков с бюджетными организациями.  Правительство регламентирует подобные отношения, но всегда получается как всегда. 

Доходит до абсурда в пользу посредника – КГК завел уголовное дело на гомельского посредника, перепродававшего овощи бюджетным организациям с надбавкой в 300 %! Капусту по цене 15 копеек за 1 кг в дом-интернат реализовывали по 70 копеек, а картофель стоимостью 33 копейки – за 1 рубль 36 копеек.

Ущерб госбюджету только от одного перекупщика составил более 75 тысяч рублей.  В данном случае даже речи быть не может о каких-то рыночных отношениях, налицо коррупция, требующая активного вмешательства правоохранительных органов.

Есть ли выход из положения? Скажем прямо – при сложившейся системе отношений в государстве выход не просматривается. 

Мониторинг ситуации не заменит рыночных механизмов в экономике и не добавит совести чиновникам и распорядителям бюджетных средств. Частично может решить проблему фирменная торговля, но она в пользу покупателю, а не государству. Частично решение проблемы за активным сотрудничеством (и прозрачным) с фермерскими хозяйствами. 

Но, в целом, нужно менять систему хозяйствования. Белорусская экономическая модель позабыта, а новой чиновники пока не изобрели – у нас боязнь рынка сложилась еще с 1917 года. И, видимо, это надолго.

Метастазы ценового абсурда

Запрет на повышение цен политика может привести к стагнации реального сектора экономики, к дефициту товаров повседневного спроса (ощутимо в первую очередь) и к талонной системе распределения товаров.Тем не менее, в действиях мониторинговых групп имеется рациональное зерно.

Как известно, МАРТ (министерство антимонопольного регулирования и торговли) запретило повышать цены на товары после завершения акций, распродаж, скидок, которые были на 5 октября. Компаниям, поставляющим товары в Беларусь, также нельзя устанавливать цены выше уровня на эту дату. 

На фоне военно-политических событий, в которые втянута и Беларусь, активность вокруг ценообразования в целом в экономике страны вызывает недоумение, но ощущается также и как предтеча грядущей катастрофы. Пока еще экономической…

Критичность ситуации в экономике Беларуси несомненна: все чаще говорят о динамике наполнения бюджета, проблемах с импортом современного оборудования, низкой эффективности импортозамещения, недостаточном уровне благосостояния белорусского населения.

Статистика подтверждает закономерность сложившегося положения: ВВП упорно не хочет расти, промышленность, транспорт и торговля показывают внушительный откат от показателей 2021 года. А тут еще и с производством молока и мяса необъяснимая с точки зрения обывателя прибавка со знаком около ноля. Во-всяком случае, экспорт мясомолочной продукции заметно в весовом измерении просел.

На этом фоне уже который месяц мы наблюдаем галопирующий рост цен в первую очередь на продукты питания. И если в крупных торговых сетях можно рост цен и не заметить (всегда найдется товар-заменитель), то в сельской местности за полгода ценники на отдельные виды продукции увеличились в 2-2,5 раза. 

Особенно это касается рыбной продукции, отдельных видов мясомолочных товаров, напитков, соков, кондитерских изделий. Не будем забывать, что в сельской  местности проживает 23 % населения с высокой долей пенсионеров. С одной стороны, у них гарантированный (пусть и небольшой) источник финансирования жизни в виде пенсии, но с другой стороны и невозможность кардинального улучшения благосостояния (огород не в счет). 

Сказать, что наши чиновники озаботились об уровне жизни сельчан, будет слишком лестным для бюрократов – где они были, когда цены взяли разбег для двукратного их повышения? Таким образом, можно констатировать, что проблема ценообразования сегодня имеет общегосударственный масштаб, хотя и с налетом популизма.

Тем не менее, “справедливое ценообразование”, а с ним и ассортимент продуктов питания, внезапно стали предметом особого внимания практически всех уровней госуправления. В частности, подписана Директива № 10 “О недопустимости роста цен”. Правительство оперативно издало постановление № 669 “О временных мерах по стабилизации цен”, которым зафиксированы цены на товары и услуги на уровне 5 октября. 

В свою очередь, председатель Совета Республики Наталья Кочанова возглавила группу по вопросу стабилизации ценовой ситуации и сдерживания темпов инфляции. К 20 октября на основе предложений этой группы должна быть введена в действие система регулирования цен, призванная обеспечить эффективный  контроль за ценовой дисциплиной. 

Только в Гомельской области создано 170 групп с участием депутатов для осуществления контроля. Но все ли так безобидно? 

На утро 18 октября в КГК на телефон поступило 500 обращений по поводу завышенных цен, возбуждено 13 уголовных дел, по телевидению крутят ролики с сюжетами о наглых торгашах в наручниках и возможными сроками до 6 лет.

О популизме вокруг фантастических цен говорит тот факт, что не все головы в госуправлении так горячи, что готовы под идею борьбы за справедливость положить на плаху всю экономику страны. 

Они понимают, что данная политика завтра приведет к стагнации реального сектора экономики, к дефициту товаров повседневного спроса (ощутимо в первую очередь) и к талонной системе распределения товаров.

Тем не менее, в действиях мониторинговых групп имеется рациональное зерно, через которое можно снизить цены в торговле и не повлиять кардинально негативно на производителя…

Продолжение следует…

фота з адкрытых крыніц

Определены 10 крупнейшых налогоплательщиков области. В Могилёве их шесть, в Бобруйске два, по одному в Могилёвском и Климовичском районах

Бюджет Могилёвской области показывает, что энергетические, инфраструктурные и торговые фирмы устойчиво находятся среди лидеров. Производство продовольственных (алкогольных в первую очередь) товаров остается в тренде, а вот бывшие советские флагманы промышленности переживают устойчивый кризис.  

Как проинформировали в налоговой инспекции по итогам января-августа 2022 г.  в десятку лидеров по формированию бюджета области вошли:

  • РУП «Могилевэнерго», 
  • ОАО «Климовичский ЛВЗ», 
  • ООО «Кронохем», 
  • ЗАО «Бобруйский бровар», 
  • филиал ООО «Евроторг» в г. Могилеве, 
  • Могилевский филиал РУП «Белтелеком», 
  • ЗАО «Завод полимерных труб», 
  • СООО «Оазис Груп», 
  • РУП «Могилевоблгаз»,
  • ОАО «Могилевский завод лифтового машиностроения».

Десять крупных налогоплательщиков обеспечили 20,4% общих поступлений в доход консолидированного  Могилевской области  сообщил пресс-центр областной инспекции МНС.

Отчет налоговиков свидетельствует, что Могилев по прежнему лидер области. Этому способствует его статус областного города. Офисы «Могилевэнерго», «Могилевоблгаза», «Белтелекома» просто находятся тут, а сфера деятельности – вся область. 

Промышленность представляют 6 предприятий. Как всегда в лидерах ОАО «Климовичский ЛВЗ» и ЗАО «Бобруйский бровар».  

Названия некоторых новых предприятий ещё не  на слуху. Поэтому дадим справку. 

Компания «Оазис» — современное высокотехнологическое предприятие по выпуску натуральных соков и нектаров, детского питания. Ее галовное предприятие расположенно в городе Бобруйске.  

В Могилевском районе размещено основанное в 2014 г. общество с ограниченной ответственностью «Кронохем» – крупнейший производитель смол для деревообрабатывающей промышленности, производителей теплоизоляционных и огнеупорных материалов, пропиточных смол и формалина.  

Обращает на себя внимание не козырное (как бы это сказать мягче) положение бывших советских промышленных гигантов. Где предприятия большой химии? А ведь когда-то только «Могилёвхимволокно» формировало до 40% бюджета области. Где наша гордость «Могилевстроммаш» и автомобильные заводы? Только «Лифтмаш» сохранят свои позиции. А  ведь 3 десятилетия наше правительство делало всё, чтобы сохранить советское наследие.

Всего же, по информации ИМНС, в бюджет Могилевской области за восемь месяцев 2022 г поступило чуть более 1,127 млрд бел руб. Доходы бюджета по сравнению с аналогичным периодом прошлого года увеличились на 66 млн бел руб или 6,2% в фактическом исчислении. Наибольшие суммы в доходах бюджета составляют поступления подоходного налога – 447,3 млн бел руб (39,7%), налога на добавленную стоимость – 207,4 млн бел руб (18,4%), налога на прибыль – 112,5 млн бел руб (10%), акцизов – 47,2 млн бел руб (4,2%), налога при упрощенной системе налогообложения – 46,7 млн бел руб (4,1%).

 

«Сітуацыя з экспартам аднаўляецца» – запэўнівае прэм’ер-міністр Галоўчанка

Раман Галоўчанка кажа, што «пэўнае прасяданне было звязанае з наўпроставым уплывам санкцыяў і стратай украінскага рынку».

Цяпер жа, па словах урадоўцы, крызісныя тэндэнцыі пераадоленыя і экспарт тавараў «прырастае» ад 6 да 8 працэнтаў.

«У нас ідзе станоўчая дынаміка па штомесячным аднаўленні экспарту. Штомесяц паляпшаецца знешнегандлёвае сальда», – даводзіць Галоўчанка ў каментары агенцтву «Белта».

Паводле яго, зьнешнегандлёвае сальда складае цяпер 2 мільярды 300 мільёнаў долараў і па жніўні, як ён спадзяецца, «павялічыцца яшчэ па 500 мільёнаў долараў».

На аднаўленне Украіны спатрэбіцца больш за 349 мільярдаў долараў ЗША і гэта не канчатковая лічба

У бліжэйшыя месяцы сума ўзрасце, бо актыўныя баявыя дзеянні працягваюцца.

На аднаўленне Украіны пасля вайны неабходна 349 мільярдаў долараў. Страты былі падлічаныя Еўракамісіяй, Кабінеце міністраў і Сусветным банкам, піша інфармацыйнае агенцтва «УНІАН».

Сусветны банк сваё бачанне сітуацыі выклаў у справаздачы «Хуткая ацэнка» шкоды і патрэбаў аднаўлення.

«Хуткая ацэнка нанесеных страт і патрэбаў аднаўлення (RDNA) з’яўляецца першай комплекснай ацэнкай наступстваў вайны ў дваццаці розных сектарах пасля расійскага ўварвання», – адзначана ў справаздачы Сусветнага банку.

Па стане на 1 чэрвеня 2022 года страты сектарам эканомікі ацэньваюцца на ўзроўні каля 97 мільярдаў долараў:

– жылы сектар (40 працэнтаў ад агульнага абʼёму нанесенай шкоды);

– транспарт (31%);

– гандаль і прамысловасць (10%).

Найбольш пацярпелі Данецкая, Луганская і Харкаўская вобласці, за імі ідуць Кіеўская, Чарнігаўская і Запарожская вобласці.

«УНІАН» нагадае: паводле ацэнак аналітычнага цэнтры пры Кіеўскай школе эканомікі (KSE), прамыя страты эканомікі Украіны з-за вайны выраслі да 108,3 мільярда долараў.

фота: tuk.md