За десять лет существования квазигосударственная структура при могилевском облисполкоме открыла китайский ресторан, майнинговую ферму в Кричеве и поставила 9 тонн мороженого в Китай.
Директор Могилевского агентства регионального развития Евгений Якимов рассказал о том, что возглавляемая им структура – единственная в своем роде, работает как «спецназ из семи человек», зарабатывает сама, сопровождает инвесторов «в режиме одного окна» и выступает «мостом» между властью и бизнесом.
Одного в его развернутом интервью не оказалось главного – цифр. Сколько именно инвестиций агентство привлекло в область за десять лет существования, сколько рабочих мест создано, какой объем налогов принесли сопровождаемые проекты? А вопросы эти далеко не праздные, потому что Могилевщина сегодня – одна из самых проблемных областей страны.
Успехи могилевского “спецназа”
По итогам 2025 года регион выполнил лишь шесть из девяти целевых показателей, установленных правительством, а валовой региональный продукт вырос всего на 0,1 процента – при общереспубликанском росте ВВП в 1,3 процента.
Объем промышленного производства в области упал за год на 3,9 процента, складские запасы при этом выросли на 45 процентов – до 928 миллионов рублей.
Экспорт товаров снизился на 2,9 процента до 2,2 миллиарда долларов, экспорт услуг – на 6,3 процента.
В январе 2026 года промышленность показала темп 93,2 процента – то есть провал продолжился.
Председатель облисполкома Анатолий Исаченко прямо признал, что ряд районов, включая Кричевский, Краснопольский и Могилевский, выполнили менее половины средних показателей по области. Независимые наблюдатели уже сравнивают регион с хронически убыточной Витебской областью.
Единственные в стране
На этом мрачном фоне бодрые отчеты об «успехах» агентства – открытие одного китайского ресторана в Могилеве, поставка 9 тонн мороженого в провинцию Хэнань, майнинговая ферма в Кричеве – выглядят, мягко говоря, несоразмерно масштабу задач.
Если это десятилетний результат «единственной в стране» региональной структуры по привлечению инвестиций, то возникает вопрос: в чем именно ее уникальность?
Уникальность, похоже, в другом – в самой институциональной конструкции. МАРР – это открытое акционерное общество со стопроцентным государственным капиталом, учрежденное облисполкомом.
В чем уникальность агентства?
Чиновники там формально не работают, зарплату как чиновники не получают. Но услуги – сопровождение инвесторов, бизнес-планы, маркетинговые исследования, аренда в «бизнес-инкубаторе» – оказываются за деньги. И здесь возникает сразу несколько неудобных вопросов:
- Честная ли это конкуренция с частным сектором? Ровно те же услуги – консалтинг, юридическое сопровождение сделок, маркетинговые исследования – на рынке оказывают частные компании. Но у них за спиной нет облисполкома. Инвестор, приходящий «в агентство при области», покупает по рыночному прайсу неформальный административный ресурс, который частник предложить физически не может.
- Где граница между госфункцией и коммерцией? Привлечение инвестиций в регион – это прямая задача власти, на которую уже выделяются бюджетные деньги через отделы экономики исполкомов, программу «Один район – один проект», Указ №235 по юго-восточному региону. Когда одновременно существует ОАО, берущее деньги за ту же деятельность, возникает двойная оплата одной и той же работы – сначала через налоги, потом через счет от агентства.
- Насколько все это прозрачно? ОАО с госдолей не обязано отчитываться перед публикой так же, как бюджетное учреждение. Публичных полномочий – почти как у госоргана, а раскрытия финансов – как у коммерсанта. Именно поэтому в большом интервью директора нет ни объема привлеченных инвестиций, ни выручки агентства, ни структуры доходов. Есть «десятки субъектов малого предпринимательства» в инкубаторе, «более 40 договоров на сопровождение» и общие слова про «катализатор экономических процессов».
Вопрос, собственно говоря, простой. Если агентство работает уже десятый год и является «уникальным инструментом», логично ожидать, что регион под его сопровождением будет если не в лидерах, то хотя бы в крепких середнячках. Но Могилевщина – в антилидерах, с падающей промышленностью, проседающим экспортом и переполненными складами.
Либо инструмент не работает, либо работает не на то, что декларирует. В любом из этих случаев риторика про «спецназ», «бутиковый подход» и «мост между государством и бизнесом» – сказки про белого бычка для оправдания смысла существования еще одной могилевской кормушки для чиновников.
Фото “Беларусь Сегодня”.
