Рубрика: Политзаключенные Могилева

Могилевчане, оказавшиеся за решеткой по политическим мотивам. Имена, уголовные дела, сроки заключения.

Политзаключенный: колония №15 – это квинтэссенция извращенского лукашистского режима

Новость от

Сегрегация политзаключенных, их дискриминация и пытки — этим, по словам бывшего политзаключенного, характеризуется колония №15 в Могилеве.

Могилевская колония №15 у Вейно давно имеет репутацию одной из самых жестких в Беларуси, особенно для тех, кого власть обозначила «желтыми бирками». Бывший политзаключенный, который согласился говорить анонимно с Правозащитным центром “Весна”, описывает систему, где давление, контроль и унижение стали нормой, а любая инициатива наказуема.

Система страха и контроля

«Я лично описал бы колонию № 15 как квинтэссенцию извращенского лукашистского режима, все то, что на свободе как-то прикрывается, там существует в виде реальности, граничащей с фарсом. Все делается не логично, а через призму какой-то совковой традиции. При этом сотрудники намеренно поддерживают кумовство, интриги, сплетни, доносы и жалобы один на одного”, — говорит бывший политзаключенный.

По его словам, вся структура колонии построена на искусственной нелогичности и страхе. Администрация сознательно поддерживает доносы, конфликты и зависимость заключенных от сотрудников. «За любую инициативу можно быть наказанным», – отмечает он, добавляя, что главной целью персонала есть не решенные проблемы, а формальное существование в системе.

Отдельное место занимает дискриминация политзаключенных. «Желтая бирка» автоматически ограничивает права: их изолируют во время звонков, переносят время связи без предупреждения, а коммуникация с родными становится непредсказуемой. Внутри колонии к ним применяют уничижительные прозвища и открыто демонстрируют предвзятое отношение.

Наказания и изоляция как норма

Дополнительное давление создается через статус» злостного нарушителя», который массово присваивают политическим. Это ведет к регулярным наказаниям, включая изоляцию в ШИЗО или ПКТ. Политзаключенных лишают доступа ко многим возможностям: им нельзя занимать ответственные должности, посещать некоторые объекты, а в магазин они идут последними – даже после заключенных с «низким статусом».

Жестко контролируется и повседневную жизнь. За те же нарушения, за которые другие получают предупреждение, политзаключенным угрожают рапорты. Свидания и передачи могут отменить без объяснений, а письма – задержать или «потерять». В колонии фактически запрещено обсуждать политику, войну и новости. За это можно попасть в ШИЗО.

Давление через условия и медицину

ШИЗО, по словам свидетеля, используется как инструмент случайного наказания. Условия там тяжелые: холод, отсутствие информации и минимальный комфорт. Однако парадоксально, что некоторые заключенные воспринимают изолятор как передышку от постоянного психологического давления.

Администрация использует и другие методы воздействия: лишение связи с родными, перевод в худшие условия, проверки вещей и принуждение к тяжелому труду. По словам собеседника, физическое насилие также применялось, особенно против тех, кто “сопротивлялся».

Отдельной проблемой он называет медицинскую помощь, которую описывает как «способ непреднамеренной пытки»: переполненные помещения, длинные очереди и реакция только в критических случаях. Информационная изоляция также сильно влияет на состояние заключенных, оставляя их без понимания того, что происходит за пределами колонии.

Фотоснимок из открытых источников

В могилевской колонии №15 запретили средства косметики

Новость от

В колонии №15 Могилева теперь заключенным нельзя передавать никакие косметические средства, кроме кремов до и после бритья.

В исправительной колонии №15 в Могилеве существенно усилились правила приема передач для заключенных. Ограничения, введенные с начала года, оказались гораздо более жесткими, чем предполагалось ранее.

Еще в январе сообщалось, что на территории колонии открылся собственный магазин тюремной одежды. После этого сотрудники перестали принимать элементы гардероба, купленные на свободе, даже если они входят в перечень разрешенных Департаментом исполнения наказаний. Одновременно были введены ограничения на парфюмированные кремы и косметику на основе натуральных твердых масел.

Однако, как выяснилось, фактические меры оказались еще более жесткими. Администрация колонии запретила передачу практически всех видов кремов, включая лицо и руки. Исключение оставили только для кремов до и после бритья.

В январе и феврале эти правила соблюдались неоднородно. В отдельных случаях, в зависимости от смены контролеров, некоторые средства все же принимались. Однако с 1 апреля запрет стал полным: теперь любые косметические средства, найденные в передачах, подлежат изъятию и утилизации.

Подобные ограничения фиксируются и в других учреждениях. Так, в бобруйской колонии №2 с середины марта запретили передачу средств ухода за кожей в банках и флаконах, разрешены только пластиковые тубы. Это может свидетельствовать о координированном введении более жестких правил в исправительных учреждениях, в частности, на территории Могилевской области.

Фотоснимок: БелаПАН

Бобруйчанина осудили по четырем политическим статьям

Новость от

Два взгляда на одно дело: мужчину из Бобруйска осудили по четырем политическим статьям, которых в стране якобы нет

По версии провластного телеканала СТВ бобруйчанин Кирилл Сорокин только тем и занимался, что клеветал на Лукашенко и всячески содействовал экстремизму. Но поскольку беларусский режим сам не раз и не два был уличен в преступлениях, то трактовка СТВ выглядит малоубедительной. Рассмотрим две версии произошедшего.

Государственная точка зрения

Вот как выглядит взгляд на события карманных пропагандистов Лукашенко. Витебский областной суд вынес приговор 46-летнему жителю Бобруйска, на протяжении года совершавшему противоправные действия в интернете. Следствием зафиксировано 54 эпизода преступной деятельности, потерпевшими по уголовному делу признаны 39 человек, в том числе высшие должностные лица государства.

Обвиняемый целенаправленно скрывал свою личность, используя несколько мобильных устройств и SIM-карты иностранных операторов. 

Благодаря профессиональной работе правоохранительных органов мужчина был установлен и задержан.

Суд признал его виновным по четырем статьям Уголовного кодекса: оскорбление и клевета в отношении Лукашенко, дискредитация Республики Беларусь, а также содействие экстремизму. Мере пресечения в виде заключения под стражу предшествовала кропотливая оперативная работа. Приговор направлен на защиту государственных институтов и общественного порядка.

А если без оглядки на “слабовиков” и их тающего на инъекциях Zepbound покровителя?

Кирилл Сорокин обычный житель Бобруйска.Техник, отец двоих детей и поэт. В 1995 году он окончил школу, получил специальность техника, создал семью, воспитывал дочь и сына. В свободное время писал стихи и прозу, вел личный блог, публиковался на литературных платформах.

Теперь ему предъявлено обвинение по четырем политическим статьям одновременно. Фактически речь идет о публикациях и высказываниях в сети: критика в адрес Лукашенко квалифицирована как «оскорбление» и «клевета», комментарии о стране – как «дискредитация Беларуси», а репосты или ссылки – как «содействие экстремизму».

Правозащитники фиксируют подобные дела как политически мотивированные преследования граждан за реализацию права на свободу слова. Использование человеком анонимных средств связи власти трактуют как отягчающее обстоятельство – хотя анонимность в сети является общепризнанной нормой цифровых прав.

И какая, спрашивается, трактовка этого случая лучше всего отражает истину? Двух мнений тут быть не может.

Мракобесие, чинимое в Беларуси Лукашенко и его подельниками является нормой только для них самих. Для любого цивилизованного человека – это преступление.

Фото из открытых источников.

Могилевские силовики пытаются дистанционно контролировать уехавших политзаключенных

Новость от

Расписку с “видом на эмиграцию” изобрели могилевские “блюстители беззакония”. Пять лет тотальных “чисток” привели к тому, что милиционеры останутся без работы и собрались на “удаленку”.

Силовики потребовали от бывшего политзаключенного из Могилева письменно подтвердить, что он не намерен возвращаться на родину. 

Сотрудник Октябрьского РОВД Могилева Александр Табунов связался с мужчиной и предложил заполнить специальный документ. В нем требуется указать, планирует ли человек возвращение в Беларусь, а если да – назвать конкретную дату.

Этим дело не ограничилось. Заполненный документ нужно сфотографировать, а затем сделать снимок самого себя – с бумагой в руках. Своего рода цифровое подтверждение.

Примечательная деталь: беларусский паспорт у бывшего политзаключенного уже аннулирован. Это обстоятельство силовиков не смутило — расписку потребовали в любом случае.

Практика требовать от политических эмигрантов письменных заверений фиксируется правозащитниками все чаще. По всей видимости, белорусские силовые структуры выстраивают систему дистанционного контроля над теми, кто покинул страну после репрессий.

Фото MAYDAY.

Герой дома – грузчик в Польше. Или таксист

Новость от

Есть одно распространенное заблуждение, о котором почему-то не принято говорить вслух. Многие белорусы едут в Польшу с ощущением, что их там ждут. Что участие в протестах, срок в могилевском СИЗО, уголовное дело за репост – все это будет оценено и вознаграждено. Что польское государство откроет двери и скажет: мы знаем, что вы пережили, мы вам поможем.

Отчасти это правда. Но только отчасти. Да, есть международная защита – и это реальная и важная вещь. Да, есть интеграционная программа IPI с выплатами на первый год. 

Не пенсия, не зарплата

Да, польское государство относится к белорусам с пониманием и сочувствием. Это не пустые слова.

Есть и другое. Беларусские организации, фонды, сборы. BySol и другие структуры помогают тем, кто пострадал от репрессий – бывшим политзаключенным, журналистам, активистам. Но это разовые выплаты. Это не пенсия и не зарплата. Это помощь на старте, а не на всю жизнь.

Польское государство не платит белорусам за то, что они боролись с Лукашенко. Это не цинизм – это просто реальность. Польша приняла сотни тысяч людей. У нее нет ресурсов содержать всех, кто участвовал в протестах. Да и задача у государства другая – помочь человеку интегрироваться, а не компенсировать ему то, что случилось на Родине.

Начинать с нуля

Теперь про второе заблуждение – про профессию.

Возьмем не грузчика – возьмем известного писателя.  Могилевчанина. Человека с именем. Книги переведены, публикации в серьезных изданиях, страница в энциклопедии. Известность не только на постсоветском пространстве – шире. Такой человек тоже уехал. Тоже оказался в Польше.

И что? Польский читатель его не знает, хотя одна книга издавалась и в Польше. Все регалии, все публикации, все интервью – остались там, в другой жизни. В Польше он начинает с нуля. Как все.

Это не значит, что все потеряно. Можно переквалифицироваться – но остаться в своей нише. Писатель может стать копирайтером. Журналист – контент-менеджером. Редактор – корректором для русскоязычных изданий диаспоры. Навыки никуда не делись – изменился рынок, на котором их можно применить.

Есть преимущество

И тут есть одно реальное преимущество Польши: здесь нет проблем с получением оплаты из любой точки мира. 

Европейский банковский счет, нормальные переводы, никаких санкционных ограничений. Фрилансер, копирайтер, разработчик, дизайнер – работать можно на весь мир и получать деньги без проблем.

Если в Могилеве ты был грузчиком – в Польше ты тоже начнешь с физического труда. Если был бухгалтером – диплом надо подтверждать, язык надо учить. Польша не распределяет должности по заслугам перед беларусской демократией. Здесь работает рынок труда. Обычный, без скидок на боевую биографию.

Это звучит жестко. Но лучше знать об этом до отъезда, чем столкнуться с этим по приезду.

Те, кто приезжает с реалистичными ожиданиями, устраиваются быстрее. Они не тратят время на обиды и разочарования. Они сразу идут искать работу, учить язык, разбираться в системе. Через год-два многие из них уже стоят на ногах.

Те, кто ждет особого отношения за особые заслуги, ждут долго. И часто напрасно.

Польша дает шанс. Хороший шанс. Но реализовывать его надо самому.

Вы могилевчанин и у вас есть своя история из эмиграции? Пишите на [email protected]. Мы расскажем о вас на условиях анонимности.

Фото иллюстративного характера из открытых источников.

Среди освобождённых американцами 250 политзаключённых четверо – из Могилёвской области

Новость от

Правозащитный центр «Весна» опубликовал полный список белорусских политзаключённых, которых освободили и помиловали по итогам переговоров спецпосланника США Джона Коула с Александром Лукашенко. По словам самого спецпосланника, освободить 250 человек удалось благодаря «достаточно жёстким переговорам» с белорусскими властями. 15 человек из всех освобождённых были депортированы в Литву, 235 остались в Беларуси.

Mogilev.media изучили полный список освобождённых политзаключённых и нашли в нём четырёх жителей Могилёвской области. Это Александра Дубровская, Алексей Мельников, Марина Храмцова из Могилёва и Александр Маркин из Бобруйска.

Александра Дубровская, учительница, была осуждена 4 сентября 2025 года на три года по «делу дворовых чатов».

Алексей Мельников (на фото) был задержан в день президентских выборов, 9 августа 2020 года, и осуждён на 7 лет колонии усиленного режима. Позже к этому сроку ему добавили ещё полтора года. Среди вменённых могилевчанину статей — участие в беспорядках, хранение оружия и неповиновение администрации тюрьмы.

Марина Храмцова, предпринимательница, так же, как и Дубровская, была осуждена 4 сентября 2025 года на три года по «делу дворовых чатов».

Мельников признал вину только по статье 295 Уголовного кодекса (незаконное хранение оружия).

Александр Маркин был задержан 5 мая 2025 года по «делу Гаюна». В январе 2026 года он был осуждён, предположительно, к «домашней химии».

Фото: «Весна»

Из могилёвской колонии вывезли часть политзаключённых – «Весна»

Новость от

Белорусские правозащитники сообщают, что как минимум из двух колоний вывезли часть политзаключённых. Это могилёвская ИК-15 и новополоцкая ИК-1. За последний год массовые «освобождения» политзаключённых происходят на фоне встречи Лукашенко с американским спецпосланником Джоном Коулом. Такая встреча как раз проходит сегодня в Минске.

«Весна» сообщает, что в прошлые разы перед массовым освобождением политзаключённых их перевозили из колоний в минский СИЗО КГБ, а оттуда позже выдворяли из страны, нередко без документов.

Фото из открытых источников.

Могилевским СИЗО управляет “решала” Валерьевна

Новость от

Уголовники, взятки и садизм: бывший политзаключенный рассказал о нравах в могилевском СИЗО и шкловской  колонии №17.

Бывший политзаключенный, осужденный за «оскорбление Лукашенко и силовиков», рассказал правозащитникам «Могилевской весны» о задержании, условиях содержания в СИЗО Могилёва и жизни в исправительной колонии №17 в Шклове.

Били с момента задержания

Политзаключенный  рассказал, что его задержали в 2022 году сотрудники ГУБОПиК. Силовики особо не церемонились: повалили подозреваемого на землю, надели на голову шапку и начали избивать сразу в микроавтобусе.

Несколько дней мужчину держали в здании ГУБОПиК, периодически отвозя на ночь в изолятор временного содержания. Днем его снова возвращали в административное здание, ставили к стене «на растяжку» и били. Причем делал это каждый, кто проходил мимо.

Уголовное дело возбудили по нескольким статьям, включая «оскорбление представителя власти», «оскорбление Лукашенко» и «создание экстремистского формирования». Суд носил формальный характер, а итоговый приговор был предрешен.

“Велосипедная” система в СИЗО

В СИЗО Могилева практиковалась так называемая «велосипедная» система – постоянная смена камер для давления на обвиняемых, которые не признают вину.

Мужчина рассказал, что в изоляторе заключенных склоняют к признанию через арестантов-уголовников. В частности, некоторые рецидивисты, сотрудничавшие с администрацией, убеждали новичков признать вину, получая за это определенные привилегии.

Также бывший заключенный утверждает, что на процессы внутри СИЗО влияет некая сотрудница, которую заключенные называли «Валерьевна». По его словам, через нее выстраивается система давления и неформальных договоренностей между администрацией и уголовниками.

Нравы в колонии

Отбывать наказание мужчину отправили в исправительную колонию №17 в Шклове. По его словам, там существует жесткая система, где заключенных систематически наказывают за формальные нарушения – например, если они не поздоровались с сотрудником колонии. Здороваться надо постоянно – даже если ты встречался с сотрудником всего минуту назад.

По словам бывшего заключенного, политических арестантов содержат отдельно и направляют на самые тяжелые и низкооплачиваемые работы. При этом, внутри колонии существует неформальная система денежных сборов и услуг. 

Например, дополнительные встречи с родственниками или возможность условно-досрочного освобождения могут зависеть от размера денежных переводов.

Напоминаем, что речь идет о любимой колонии Лукашенко, сотрудники которой выступают перед студентами, рассказывая о своем гуманизме и высоких моральных устоях.

Полную версию интервью правозащитники обещают опубликовать позже. 

Фото: MSPRING.MEDIA.

Идеолог шкловской колонии №17 учил студентов БГСХА гуманизму и демократизму

Новость от

Безупречные моральные качества, по мнению заместителя начальника шкловской ИК-17, где гибнут политзаключенные, присущи ее сотрудникам.

В горецкой сельхозакадемии второй год подряд проводят встречи студентов с заместителем по идеологии шкловской исправительной колонии №17 

На этот раз «практико-ориентированной воспитательной и учебной работой» со студентами занимался подполковник внутренней службы Сергей Сипченко.

Он предложил выпускникам БГСХА начать службу сразу на должностях среднего и старшего начальствующего состава, где гарантированы стабильное денежное довольствие, решение жилищных вопросов, медицинское обеспечение.

Сипченко заметил, что работа в уголовно-исполнительной системе интересная, эмоционально непростая и “требует безупречных моральных качеств”. Причем основой современной пенитенциарной политики является её совершенствование на основе принципов законности, гуманизма, демократизма.

Законность, гуманизм и демократизм, конкретно в этой колонии, просто зашкаливают.

Именно там, в начале 2025 года умер политзаключенный Валентин Штермер, а 21 мая 2021 года погиб политический активист Витольд Ашурок.

Ну, а начальник ИК-17 Александр Корниенко, славящийся своим гуманизмом, с августа 2023 года находится в санкционном списке ЕС.

Как говорится, чья бы корова мычала.

Фото из открытых источников.

Бывший политзаключенный горецкой колонии Алесь Беляцкий снова в Facebook

Новость от

Бывший политзаключенный колонии №9 в Горках, Нобелевский лауреат Алесь Беляцкий восстановил свою страницу в Facebook.

Первый пост после восстановления страницы Беляцкий сделал вечером 2 марта 2026 года.

«Не прошло и пяти лет… Несколько дней, как восстановили мне доступа к Фейсбуку, а я все присматривался, не решался вернуться туда, откуда меня выдаст в июле 21-го. 

В конце концов сегодня решился. И вначале хочу поблагодарить всех знакомых и незнакомых подружек и друзей, которые волновались и переживали за меня, делали что могли, чтобы День воли для меня настал пораньше. Огромная моя благодарность!» – написал белорусский Нобелевский лауреат.

По его словам, он всегда чуть ли не физически ощущал мощную волну солидарности с воли как с ним, так и с другими политзаключенными. «С такой поддержкой психологически сидеть было комфортно, хотя и спали «на бетоне», и ходили лишь бы в чем, и ели, что дадут. Ни одного дня в тюрьме не был я разочарован, не чувствовал себя оставленным, не жалел за содеянное. Убежден, что вместе мы – сила, вместе мы не пропадем, вместе мы победим!» – уверен Алесь Беляцкий.

Напомним, Алесь Беляцкий – руководитель и основатель Правозащитного центра «Весна», лауреат Нобелевской премии мира 2022 года, вице-президент Международной федерации прав человека (FIDH) с 2007 по 2016 гг. Был задержан 14 июля 2021 года в рамках уголовного дела. 3 марта 2023 г. в суде Ленинского района Минска ему было назначено 10 лет колонии в условиях усиленного режима. 

13 декабря 2025 года Алесь Беляцкий вышел на свободу по помилованию после переговоров с американской делегацией во главе с Джоном Коулом, которые длились два дня. Результатом стало помилование и насильственное перемещение за границу 123 человек. Алеся и еще нескольких иностранных граждан привезли в Литву.

Фотоснимок: Facebook Алеся Беляцкого