В Шклове сообщили о новом этапе расширении бумажной фабрики «Спартак»: предприятие строит вторую очередь производства санитарно-гигиенической бумаги из 100-процентной целлюлозы.
“Спартак” – успешное предприятие
Официальная картина выглядит уверенно: стоимость проекта – свыше 80 миллионов рублей, новая машина должна дать 24 тысячи тонн бумаги в год, первая продукция ожидается к концу 2027 года, а на предприятии обещают более 40 новых рабочих мест. Но за этим оптимистичным набором цифр остается главный вопрос – кто именно купит такой дополнительный объем продукции и на каких условиях?
Фабрика «Спартак» – не пустой корпус и не проект с нуля. Это старое промышленное предприятие Шклова, история которого начинается с 1898 года.
Оно пережило несколько модернизаций, давно выпускает бумагу, картон, гофропродукцию и санитарно-гигиенические изделия. Именно поэтому новый проект нельзя автоматически записывать в разряд бессмысленных строек. У предприятия есть производство, опыт, кадры и рынок, с которым оно уже работает.
В пользу «Спартака» говорят и свежие производственные показатели.
БелТА писало, что в первой половине 2025 года фабрика выпустила продукции на 66,4 миллиона рублей, треть отправила за рубеж, а экспорт составил 7,3 миллиона долларов. Внешнеторговое сальдо было положительным – плюс 2,1 миллиона долларов. Это не похоже на предприятие, которое существует только ради отчетов.
Есть и другой показатель: модернизация на фабрике шла не только за счет государственных вливаний. В публикации на сайте предприятия говорится, что в 2024 году «Спартак» инвестировал 11,1 миллиона рублей собственной прибыли в новые линии по производству гофроящиков. Значит, деньги на развитие у фабрики были. Однако это не снимает вопросов к новому проекту, потому что речь теперь идет уже не об 11 миллионах, а о сумме более чем в 80 миллионов рублей.
А как с рынком сбыта?
Самое слабое место официального рассказа – рынок сбыта. В репортаже утверждается, что «покупатели ждут первых поставок» и что портфель заказов расписан наперед. Но конкретные покупатели не названы. Не раскрыты страны поставок, не названы компании, не указаны сроки контрактов и объемы будущих закупок. Для проекта такого масштаба это важнее красивых слов о востребованности.
Это особенно заметно на фоне прежних публикаций. В 2023 году БелТА сообщало, что за девять месяцев фабрика экспортировала продукции на 15,7 миллиона долларов, а удельный вес экспорта в отгруженной продукции составлял 50,3 процента. Тогда же предприятие открыто говорило об иностранных направлениях и об экологическом проекте по сбору упаковки Tetra Pak. Раньше география выглядела более предметно.
Еще раньше районное издание писало, что 38 процентов экспортной продукции фабрики поставляется в Российскую Федерацию, причем поставки идут в 22 региона. Эта информация важна для понимания нынешней ситуации: если после 2022 года западные направления стали сложнее, нагрузка на российский рынок могла вырасти. Но тогда возникает новый вопрос – способен ли он поглотить еще 24 тысячи тонн бумаги в год без давления на цену и прибыльность?
Формально логика проекта понятна. Санитарно-гигиеническая бумага нужна всегда, а целлюлозная основа позволяет делать более мягкую, белую и дорогую продукцию. Сырье обещают беларусское – со Светлогорского целлюлозно-картонного комбината. Для района это рабочие места, налоги и загрузка строительных организаций. Но экономика проекта измеряется не тем, сколько денег освоено на стройке, а тем, сколько предприятие заработает после запуска.
Чтобы оценить реальный успех, нужны не лозунги, а несколько показателей:
- какова фактическая прибыль фабрики за 2024 и 2025 годы;
- какая часть нового выпуска уже закрыта твердыми контрактами;
- на какие рынки пойдут дополнительные 24 тысячи тонн бумаги;
- какой срок окупаемости у проекта стоимостью более 80 миллионов рублей;
- как изменится долговая нагрузка предприятия после запуска второй очереди.
Пока этих данных в открытых публикациях нет. Есть данные о выпуске, экспорте, модернизации и занятости, но нет ключевого ответа – насколько рентабельным будет резкое расширение производства. Это принципиальная разница. Можно построить современный цех, поставить новую машину и создать рабочие места, но если готовая продукция будет продаваться с низкой маржой, экономический эффект окажется намного скромнее официальных ожиданий.
Все ради лукашенковского «Один район – один проект»?
В истории «Спартака» уже были крупные вложения в модернизацию. Например, в 2021 году БелТА сообщало о реконструкции участка переработки макулатуры, где значительная часть средств пришла через Оператора вторичных материальных ресурсов. Тогда задача была понятной – расширить переработку низкосортной макулатуры и снизить зависимость от сырья. Нынешний проект выглядит более амбициозно: фабрика фактически добавляет крупный новый объем целлюлозной санитарно-гигиенической бумаги.
Поэтому главный вопрос к шкловскому проекту звучит не так, как в официальных репортажах. Не «построят ли новый цех?» – стройка, судя по публикациям, действительно идет. И не «нужна ли туалетная бумага?» – конечно, нужна. Главный вопрос другой: есть ли у фабрики подтвержденный рынок, который позволит продать дополнительный выпуск с прибылью, а не просто отчитаться о вводе очередного объекта по инициативе «Один район – один проект».
Пока ответ на него остается за кадром. «Спартак» выглядит намного сильнее полудохлых региональных предприятий: он работает, экспортирует, модернизируется и имеет собственную производственную историю. Но именно поэтому к проекту на 80 миллионов рублей стоит предъявлять более строгие вопросы.
Фото районной газеты.