Среди белорусов, чье незаконное осуждение стало основанием для решения Комитета ООН по правам человека о нарушении свободы слова в Беларуси, был только один представитель Могилевщины.
Комитет ООН по правам человека в своем решении от 11 марта 2026 года рассмотрел группу из 20 индивидуальных сообщений, поступивших от 13 человек, против Беларуси, которые касались системного преследования журналистов и авторов за осуществление свободы выражения.
Заявители-граждане Беларуси, которые были привлечены к административной ответственности в период с 2010 по 2021 год за:
- публикацию материалов в СМИ без государственной аккредитации;
- сотрудничество с зарубежными медиа;
- распространение информации и интервью;
- в отдельных случаях-участие в мирных собраниях.
Все они были оштрафованы на основании национального законодательства, в частности статей Кодекса об административных правонарушениях и Закона О СМИ.
Единственным жителем Могилевщины среди заявителей был могилевский журналист Владимир Лапцевич. В июне 2017 года он узнал, что на него составлено семь административных протоколов за сотрудничество с еженедельником белорусов в Польше “Нива”. По сути за каждую его статью, которая была опубликована в еженедельнике за предыдущие два месяца перед началом административного процесса. Причина – публикация материалов в СМИ без государственной аккредитации как журналиста, так называемое незаконное изготовление продукции СМИ (ч. 2 ст. 22.9 КоАП).
В дальнейшем судья суда Ленинского района Могилева Елена Литвина присудила Лапцевичу штраф в размере 45 базовых величин, что на тот момент составляло 1035 рублей. Журналист безуспешно обжаловал это решение в национальных инстанциях, а затем обратился в Комитет ООН по правам человека.
Обобщив все случаи, с которыми по теме свободы слова обращались выше отмеченные заявители, комитет пришел к ключевому выводу:
Беларусь нарушила статью 19 Международного пакта о гражданских и политических правах (свобода выражения), поскольку наказание за распространение информации без аккредитации не было ни необходимым, ни пропорциональным.
В одном из случаев было также установлено нарушение статьи 21 (свобода мирных собраний), поскольку участие в мирной акции не может наказываться только из-за отсутствия разрешения.
Комитет подчеркнул, что государство не провело надлежащей оценки необходимости ограничений, как того требует международное право.
В решении отдельно отмечается, что речь идет не о единичных случаях, а о структурной и долгосрочной практике. Комитет объединил 20 дел в одно решение именно потому, что фактические обстоятельства были похожи; нарушения имели повторяющийся характер; уже существует устойчивая практика признания таких действий нарушением прав человека.
Комитет также отклонил аргумент властей о необходимости использования надзорных жалоб, отметив, что такие процедуры носят дискреционный характер; не гарантируют эффективной защиты; поэтому не считаются обязательными для исчерпания внутренних средств правовой защиты.
Комитет обязал Беларусь компенсировать штрафы и судебные издержки пострадавшим; принять меры для предотвращения подобных нарушений в будущем; привести законодательство (включая закон О СМИ и закон о массовых мероприятиях) в соответствие с международными стандартами.
Комитет отмечает, что данное решение еще раз подтверждает, что белорусская практика привлечения к ответственности за «неавторизованную журналистскую деятельность» противоречит международным стандартам.
С точки зрения прав человека, ключевая проблема заключается не только в отдельных штрафах, а в самой модели регулирования, требующей государственного разрешения для осуществления журналистской деятельности; используется как инструмент контроля над информацией; не соответствует критериям необходимости и пропорциональности.
Таким образом, говорится в решении, комитет фактически констатирует системное нарушение свободы выражения в Беларуси.
Стоит отметить, что сейчас Беларусь официально находится вне действия процедуры рассмотрения индивидуальных жалоб Комитетом ООН по правам человека. Денонсация Факультативного протокола вступила в силу 8 февраля 2023 года, лишив граждан возможности обжаловать решения властей на международном уровне.
Фотоснимок из открытых источников