Василия Веремейчика перевезли из шкловской колонии №17 в могилевскую тюрьму №4. С этого дня бывший калиновец, которого КГБ похитил из Вьетнама, отбывает наказание на тюремном режиме – самом суровом из возможных в беларусской пенитенциарной системе. О смене режима стало известно от жены политзаключенного.
Если хоть на минуту абстрагироваться от взаимных обвинений в терроризме – от того, что КГБ уверенно называет калиновцев террористами, а сами калиновцы, столь же уверенно, называют террористами тех, кто поддерживает вторжение в Украину, похищает людей за пределами Беларуси и везет их в самолетах «Белавиа» под конвоем, останется простая биография.
Веремейчик, позывной Пацук, воевал в Херсонской, Николаевской и Луганской областях. В апреле 2022 года в тяжелом бою под Николаевом из семи бойцов выжили двое. Один из них – Василий. С ранением. Позднее он получил медаль «Україна – понад усе!». В батальоне «Волат» полка Калиновского Пацук был заместителем «Бреста» – Ивана Марчука.
Итого: человек, которого сегодня возят по маршруту «колония – ШИЗО – ПКТ – тюрьма» – боевой офицер. Не в риторическом, а в самом прямом смысле: ранения, боевая награда, реальный опыт командования в бою, погибшие товарищи – среди которых его друг Волат, Павел Суслов. И это качественно другой человек, чем теоретики в погонах, которые ловили его во Вьетнаме и допрашивали в кабинетах на проспекте Независимости в Минске. Одно дело – работать с ноутбуком в тени и планшетом на совещании. Другое – идти на штурм и вытаскивать раненых из-под огня. Разницу между этими двумя видами службы Василий заплатил собственной кровью, и по-хорошему именно эта разница должна была бы решать, кто в этой истории имеет право на слово «офицер».
У этих теоретиков есть лицо, и его нетрудно узнать. Полковник Константин Бычек – до недавнего времени начальник следственного управления КГБ, фактическое медийное лицо конторы, режиссер и одновременно исполнитель трюков в постановочных пропагандистских сюжетах.
Именно он лично слетал во Вьетнам за Василием. Именно он в сюжете ОНТ – постановке, снятой в другом самолете и в другое время, с эпичной музыкой и перекрашенным под «Белавиа» бортом, картинно сбежал по трапу и произнес патетический монолог о «принципе неотвратимости наказания» для тех, кто «посягнул на конституционный строй Республики Беларусь».
По данным утекших баз силовиков, до 2020 года, сын начальника финотдела, паркетный полковник Бычек всего трижды бывал за границей. Такое резюме не мешает ему клеймить Василия террористом – оно только уточняет, кто в этой истории военный, а кто актер массовки в погонах.
Тем циничнее нынешняя ситуация. В июне стало известно, что у Веремейчика тяжелые проблемы с сердцем – по назначенным в колонии препаратам правозащитники предположили перенесенный инфаркт миокарда или высокий его риск.
В начале июня Василия должны были положить в больницу при минском СИЗО-1 для операции. Вместо больницы – ШИЗО, потом ПКТ, теперь тюрьма №4 в Могилеве. Каждый следующий шаг увеличивает нагрузку на сердце, которое и без того работает на пределе.
Могилевская тюрьма №4 имеет мрачную репутацию: туда, например, возвращали с ужесточением режима философа Владимира Мацкевича, который потом рассказывал про пытку холодом в ШИЗО. И это не место для человека с больным сердцем.
Держись, Василь. Мы помним, кто ты. Это – одна из немногих вещей, которую никакие теоретики с корочками беларусского филиала ФСБ у тебя не отнимут.
Фото из открытых источников.